Category: фантастика

Category was added automatically. Read all entries about "фантастика".

хищные мыши века

Чёрт подери, вот так пишешь научно-фантастический роман и не успеваешь дописать, как идея перестаёт быть фантастикой.

Мыши-оборотни

Если вкратце, при стимуляции определённых древних участков мозга у мышки включается хищное поведение. Интересно, что жрать друг друга при этом мыши не начинают - они только атакуют объекты меньше себя. Но ведут себя как классические охотники, хотя последние миллионы лет мыши в естественных условиях, можно сказать, не охотятся вовсе.
По ссылке там есть исходник с видео, но сейчас он у меня почему-то не открылся.

попаданцы среди нас

Превратности судьбы время от времени сталкивают меня с графоманской фантастикой. Так вот, я начинаю подозревать, что её пишут попаданцы из 50-х.
Во-первых, у них непременно на звездолёте "панель управления мигает огоньками" (это пишется в эпоху планшетов и голосовых помощников, Карл! я уж молчу про разработки в области нейроинтерфейса), во-вторых, герои всё время давят окурки каблуком. Не, ну я понимаю, что ЗОЖ мог и не стать обязательным в будущем, но уже сейчас в Москве чаще пахнет электронными вейпорами, чем сигаретным дымом. А некоторые ещё и шлёпают печать на бумаги (разумеется, в наше время существуют тупые чиновники, сопротивляющиеся введению электронных подписей, но неужели в будущем о такой вещи не знают вообще?).
Короче говоря, от нас что-то скрывают :-) наверняка где-то существует машина времени, забрасывающая к нам графоманов из середины прошлого века. Пока не знаю, чей это заговор :-)

всё, о чём вы стеснялись спросить

Предметы постыдного любопытства:

Самые страшные эпизоды мировой литературы (рейтинг Олега Лекманова, не мой, я бы у Гоголя и Лавкрафта выбрала другое, но этот дело вкуса).

De modo cacandi, или Как древние римляне справляли физические нужды (спойлер: это пожутче Лавкрафта)

кажется, пора объясниться

Давайте расставим все точки над i.
1) Я пишу только о тех книгах, которые я читаю. Писать о том, чего я не читаю, было бы странно.
2) Заранее прошу меня извинить, но я не читаю фэнтези. И потому совершенно не в курсе, какие там существуют типичные герои и какие штампы для девочек и для мальчиков.
Пожалуйста, не надо "Вы просто хорошего фэнтези не читали". Меня пытались приобщить к фэнтези, в том числе к такому, которое считается "хорошим", на протяжении 25 лет. Этой зимой, когда я, лёжа с гриппом, от безысходности давилась "Волшебником Земноморья" (из всего цикла я нашла более-менее читабельными лишь "Техану" и пару смежных), я окончательно убедилась, что это не моё. (Я могу аргументировать, что именно мне не нравится, но у меня уже был горький опыт - поклонники тех или иных авторов не способны к аргументированной дискуссии, причём даже люди с филологическим образованием, как правило, не могут предложить ничего, кроме эмоциональных выпадов, что я, дескать, не понимаю глубокой философии и крутого литературного мастерства автора - в чём именно заключаются глубина философии и крутизна литературного мастерства, объяснить они не могут).
3) Я его не только не читаю, но и не пишу. Я настаиваю, что "Страшная Эдда" - не фэнтези, а модернистский роман по мотивам мифологии (фэнтези придумывает альтернативные миры, а я пыталась воссоздать представления древних язычников о вечности, придумывая как можно меньше от себя - мне была интересна именно эта задача). Собственно говоря, появившиеся в печати разносы моей повести и исходили от тех, кто почему-то вообразил, что это фэнтези, и пытался судить текст по законам жанра фэнтези (критики обвиняли меня в неумении строить сюжет и на полном серьёзе возмущались, чего это вдруг рассказ обрывается и появляется какой-то аспирант Олег Мартышкин, который, дескать, мешает им узнать, что было дальше - хотя этому почтенному литературному приёму сто лет в обед).
4) Некоторые почему-то думают, что любая книга, где есть слово "меч" - фэнтези. А вот нет. "Трудно быть богом" Стругацких - не фэнтези, а социальная фантастика. "Чакра Кентавра" Ольги Ларионовой - не фэнтези, а самая что ни на есть твёрдая НФ с очень интересной научно-фантастической идеей (хоть от исполнения я не в восторге, много бессмысленной кровавой сентиментальности). Фэнтези, по моим критериям для внутреннего пользования, это изобретение авторских вымышленных миров, альтернативных нашему (альтернативных, а не параллельных и не инопланетных) и подчиняющихся законам магии. Этот род литературы мне неинтересен. Просто потому, что он не даёт мне пищи для ума. Псевдоглубоких философских сентенций о Борьбе Добра со Злом я могу и сама понаписать, не вставая с дивана. Мне непонятно, почему ради этих сентенций меня заставляют продираться сквозь поединки магов и квесты к драконам. Это и у позднего Саймака-то невыносимо, не то что у прочих.
В общем, заранее прошу прощения, но это не моё. И вести беседы о фэнтези я морально не готова - обсуждать то, что я знаю поверхностно, я не могу, а погружаться в тему ради "типа о книжках умно поговорить" - нет желания. После многих лет учёбы, а затем преподавания литературы, хочется наконец позволить себе роскошь читать и обсуждать то, что мне и правда интересно.

я подозревала что-то такое

Люди хуже воспринимают текст при чтении фантастики

Цитирую самое вкусное: Испытуемые получали один из двух рассказов, сюжеты которых были одинаковыми, но действие одного разворачивалось в ресторане, а другого — на борту космического корабля. Вместо людей во втором рассказе фигурировали андроиды и инопланетяне, обычные предметы были заменены фантастическими.

После прочтения респонденты должны были указать, согласны ли они с такими утверждениями как «Я мог бы представить себя на месте персонажа», и рассказать, насколько сложно им было понять эмоции персонажей.

«Замена декораций на научно-фантастические серьёзно понизил восприятие художественных качеств рассказа, несмотря на то, что испытуемые читали одну и ту же историю с точки зрения сюжета и взаимоотношений между персонажами», — отметили авторы исследования. Также они отметили, что читатели научной-фантастической версии рассказа меньше сопереживали героям рассказа и показывали меньше эмпатии. По версии ученых, дело в заниженных ожиданиях испытуемых, связанных с предубеждениями против жанровой прозы: «Они считают, что такая история не заслуживает внимания и не требует вдумчивого чтения, поэтому просматривают ее не так внимательно».

не про ливарюцию

Банально будет. Лучше запощу ссылку на свой обзор книжки А. Холла об эльфах.
Alaric Hall. Elves in Anglo-Saxon England: Matters of Belief, Health, Gender and Identity // Anglo-Saxon Studies. Vol. 8. The Boydell Press, 2007
Все, что вы хотели знать об эльфах, но стеснялись спросить
PS.: окей, до сих пор в нерешительности по поводу "молодого специалиста", т.к. строго говоря, автор был молодым, когда проводил своё исследование (книга написана по материалам диссертации 2004 г.), а сейчас ему лет 40 точно уже есть.

над страницами одного старого фантастического рассказа

По наводке Андрея Черткова, aka chert999, прочитала рассказ В. Пирожникова "На пажитях небесных" (1983). Рассказ оказался отличным поводом поразмыслить, что мне вообще нужно от литературы и что должно быть в тексте, чтобы он меня зацепил как читателя.
Итак, написано, безусловно, очень хорошо. Язык ясный и в то же время насыщенный, видно, что автор хорошо представляет себе описываемый мир. Сам мир этот детально продуман и выстроен более чем убедительно. Редкая удача для фантастики - научно-технические "предсказания" не выглядят устаревшими. Пирожников один из немногих, кто предвидел интернетизацию и бум медиа-технологий, конструирующих реальность по вкусу зрителя.
В романе есть собственно научно-фантастическая идея и есть великолепный саспенс (причём саспенс именно вокруг того, в чём НА САМОМ деле состоит НФ-идея, потому что это далеко не очевидно - читатель думает, что в основе сюжета лежит одно, а потом оказывается, что совершенно другое). Короче говоря, идеальное сочетание научно-фантастического и детективного элемента.
И всё же - не нравится. Полюбить этот текст я не смогу. Чего же мне не хватает? Героев, которые вызывали бы у меня какую-то человеческую реакцию. Главных персонажей в рассказе три.
1) "Пахарь", собственно, виновник всей детективной интриги. Несмотря на длинную исповедь в финале, он остаётся совершенно неясным как личность. Он не человек, а голая сюжетная функция, проводник идеи. Этакий Правдин из "Недоросля", только вынужденный исполнять авантюрную роль.
2) Регина. Среднестатистическая "подружка героя" из космооперы - блондинка в красном комбинезоне, характер которой слеплен из полутора гендерных стереотипов насчёт "сердцу девы нет закона". Видимо, автор считает, что анекдотическая "женская взбалмошность" отменяет всякую необходимость мотивировать поступки героини и объясняет как бы всё. Каково её социальное происхождение, из какой она семьи, чем она занимается? Ничего этого не видно вообще.
3) Собственно рассказчик - полицейский детектив. Прописан несколько лучше, но со своим лобовым морализаторством (этакий рыцарь без страха и упрёка, борец за нравственность в мировом масштабе) и неубедителен, и противен. Хотя он много раз повторяет, что мир оказался сложнее, чем он думал, и что теперь его представления о мире не такие плоские, этого совершенно не видно на практике. То и дело хочется спросить: блин, ему что, жалко, что некоторые люди пьют пиво и ходят смотреть стриптиз? Какое его собачье дело? Ему это как-то мешает? Есть в нём вообще что-нибудь человеческое? Котик у него есть, в которого он кидается тапками? Или привычка петь по утрам в душе? Он что, и какает церковными свечками?
Короче говоря, несимпатичны мне савонаролы, а савонаролы в полицейской форме - несимпатичны вдвойне, потому что фальшивы. Есть в этом герое какой-то андроповский душок (как раз в то время облавы на "тунеядцев" в ресторанах устраивали). Полицейских борцунов за нравственность мы уже навидались, спасибо. И верить в их искреннюю заботу о человечестве тоже причин нет.
В общем, за что я люблю Стругацких? А вот за то и люблю, что у них герои похожи на живых людей, а не на резонёров (хотя современная поп-культура и раздёргала их тексты на афоризмы, как будто ничего, кроме философствования, у них нет). И для меня это совершенно необходимое условие всякой литературы.

по-настоящему крутым финалом "Гарри Поттера"

было бы полное слияние Гарри и Волан-де-Морта в одну личность. И чтобы при этом данная личность осталась жить. А то мистер Хайд уж больно лихо выкрутился в своё время.
А вот ты попробуй-ка поживи с Волан-де-Мортом внутри. Зная о нём всё.
Такое впечатление, что Роулинг близко подошла к этой возможности, но не рискнула её развить.
Интересно, такой сюжет в литературе был уже?

настоящей научной фантастики псто

А у меня цветёт и благоухает гиацинт. Сама вырастила. До сих пор не могу опомниться - всю жизнь стремалась иметь дело с луковичными, мне это казалось эзотерикой для посвящённых в немыслимые тайны. К тому же весь Интернет хором уверял, что луковица купленного в магазине гиацинта повторно в домашних условиях цвести не будет. Ну а что мне с ней было делать? Прошлым летом, выкопав луковицу, я обнаружила, что никаких деток она не дала, а на ощупь плотная и нисколько не истощённая. Ну и воткнула повторно, только в большой горшок (за неимением дачи, на которую столь дружно советуют вывозить отцветший гиацинт). Что же вы думаете? В октябре появился зелёный росток, а в ноябре отчётливая шишечка. Всё это время я героически закутывала его на ночь от морозов, которые решили объявиться внеурочно, а в конце декабря занесла в квартиру. Вуаля!
От растений я вообще фигею.
Кадры отсняты с промежутком около 12 часов, между 4-м и 5-м - два дня.

Гиацинт1

Гиацинт2

Гиацинт3

Гиацинт4

Гиацинт5

о литературной функциональности-2: Лем, Уэллс и Брэм Стокер

С большим удовольствием открыла для себя литературную критику Станислава Лема. Мне всегда казалось, что как публицист он гораздо интереснее, чем как писатель, а как литературный критик, имхо, он ещё интереснее (например, он написал лучшую известную мне статью о "Лолите" Набокова). Однако сейчас хочется поговорить о его проколе - анализе "Войны миров" Уэллса.
Я, собственно, и перечитала "Войну миров" с его подачи. (Или прочитала? Вдруг обнаружила, что именно этого романа Уэллса из всех - я совершенно не помню. Неужели я читала его только в выжимках и пересказах? Так или иначе, в новой читалке у меня была "Война миров" в оригинале, и я запоем прочла её за несколько дней).
В чём я согласна с Лемом - в том, что это лучший роман Уэллса, который превосходит другие романы не количественно, а качественно. (Уэллс даже в юности не производил на меня особого впечатления, понравился более-менее только "Остров доктора Моро"). Теперь - чего, на мой взгляд, Лем в романе не понял.
Лема раздражает то, что марсиане у Уэллса потребляют человеческую кровь. Ему это кажется и неправдоподобным (то, что кровь землян могла подходить для марсиан), и бульварным по духу. Он рассуждает, что на месте Уэллса сделал бы мотивы инопланетян загадочными и непонятными, заставил их изучать землян в лаборатории и пр. Позволю себе не согласиться с мэтром.
Во-первых, "Война миров" писана в 1897 г., когда об иммунной несовместимости ещё ничего не знали, а переливание крови казалось новейшим достижением науки. В "Дракуле" Стокера, написанном тогда же, Люси пытаются спасти, перелив ей кровь четырёх разных человек - по современным представлениям, она должна была загнуться от этого задолго до того, как эту кровь высосет из неё Дракула. Да и Михаил наш Афанасьевич ещё в 1925 г. находил вполне возможной пересадку тканей от человека к цуцику. (А то, что марсиане попадали на Землю в артиллерийских снарядах, Лема не смущало?). К Стокеру мы ещё вернёмся, кстати.
Во-вторых, претензии Лема не по адресу. Он прочёл "Войну миров" как то, чем она НЕ ЯВЛЯЕТСЯ - как историю Контакта с Чужим Непонятным Разумом. Но у Уэллса не было намерения написать историю Контакта. Удивительно, что Лем, житель страны соцлагеря, в котором пропаганда против "британского империализма" занимала большое место в идейной жизни, не заметил в романе Уэллса того, что очевидно любому британцу - притчи о колониализме. При том, что в прологе романа марсиане прямо сопоставляются с представителями европейской цивилизации, которые "по праву высшей расы" уничтожают животных и туземцев. Мораль романа несложная - тот, кто верит в "право высшей расы", должен быть готов к тому, что на всякую высшую расу найдётся ещё более высшая и заявит своё право. Колонизатору предлагается почувствовать себя туземцем.
Кровососание тут - расхожая политическая метафора: колонизаторы "пьют кровь" угнетённых народов. Марсиане делают это буквально, вот и всё.
А теперь - бинго! В том же 1897 г. вышел другой знаменитый роман о кровососании - уже упомянутый "Дракула" Брэма Стокера. Литературоведы уже давно наблюли (сорри за некрасивое слово), что образ Дракулы отражает фобии викторианского колониализма. Например, Стефан Арато об этом писал ещё в начале 90-х. Дракула, в соответствии с этими фобиями - "понаехавший", злокозненный Чужой, который почему-то стремится в Лондон так, будто ему там мёдом намазано, чтобы там совращать и поедать невинных (так и хочется сказать "белых", хоть Дракула и европеоид) английских леди среднего класса и строить коварные планы по порабощению мира. При всём своём коварстве он, однако, отличается безнадёжной умственной неполноценностью (на чём настаивает Ван Хельсинг) и потому обречён на поражение.
Не думаю, что Уэллс сознательно полемизировал со Стокером - оба романа слишком одновременно создавались. Но контрапункт получился великолепный: два взгляда на колониализм через метафору кровососания, правый (Стокер) и левый (Уэллс). У Стокера кровосос, угрожающий Лондону - варвар с периферии, которого побеждает добродетель цивилизованных людей. У Уэллса эти кровососы - технологически и интеллектуально продвинутые колонизаторы, а добродетель цивилизованных людей легко слетает с лондонцев в экстремальной ситуации и оказывается бесполезной. Лондонцы легко обращаются в "туземцев".
Но в романе Уэллса есть и ещё один слой, помимо политического. Это типичное для английской литературы (вспомним Свифта) ехидное развенчание идеалов интеллектуальной европейской традиции. Марсиане нуждаются в чужой крови потому, что у них нет пищеварительной системы, всё тело занял огромный мозг. Они и сексом не занимаются - размножаются почкованием. Что это, как не пародия на идущий от античности идеал философа, который должен избавляться от низменных страстей и развивать в себе интеллект? Уэллс припечатал эту идею весьма крепко: разум, который в погоне за саморазвитием избавился от "низменных" элементов вроде пищеварения и пола, а тем более тела как такового, может быть только ПАРАЗИТОМ. Паразит же должен жить за чей-то счёт... так что он уже идёт за вами!
Так что вынуть тему кровососания из романа Уэллса невозможно, что бы там ни говорил Лем - она играет ключевую роль в мессидже.