Category: природа

Запоздалый грибной отчёт

Фотографии наконец перекочевали с папиного телефона на компьютер. Середина июля, окрестности озера Пено в Тверской области.

20190721_125636

Этот даже не червивый оказался.

20190721_131919

20190721_145844

Тут в основном польские.

20190721_145858

В сосняке - тьма маслят.

20190721_151046

А это я их, проклятые, чищу на подоконнике дома отдыха. Чтобы заморозить.

и снова о бесполезном остроумии

Когда-то я писала, что бывают тексты одновременно остроумные и бесполезные. Недавно набрела на ещё один такой - эссе о "Таинственном острове". Эссе и правда остроумное, гомерически смешное, но, к сожалению, по своему прямому назначению - как разбор произведения Жюля Верна - абсолютно бесполезное. Более того, это эталонный образец, как не надо писать про Жюля Верна.
1) Жюль Верн, разумеется, не священное писание. Его можно и нужно критиковать за ляпы и логические противоречия. Взять хотя бы то, что герои ТО потрошат водосвинку за несколько глав до того, как у них появились ножи (как?). Но критиковать Жюля Верна необходимо с умом. К сожалению, вряд ли подобное может служить образцом умной критики:

Оказавшись на необитаемом острове, они прежде всего начинают искать себе убежище. Ищут пещеру. Обходят весь остров: нету. Живут пока в кое-как укрывающем прибрежном нагромождении камней. О построить хижину речи не идет, нужна непременно пещера. Внимание инженера Сайруса Смита привлекает озеро, в которое впадает речка, но ничего не вытекает. Он находит подземный сток, а раз так — наверное, может быть, там есть пещера. Он же умный, практичный и мастер на все руки, он в Америке железные дороги строил. Из подножного минерального сырья он получает пироксилин, взрывает берег озера, устраивая сток, озеро мелеет, открывается прежний подземный сток. Они туда лезут. Так и есть, там обширная пещера. Сплошной крепкий гранит. Колодец бывшего стока (из него будет их подслушивать капитан Немо, и я его понимаю: они же такие прикольные). Пещера, что, по мне, удивительно, оказывается сухой и здоровой.

Что-то мне подсказывает, что у автора эссе не очень обширный опыт постройки хижин голыми руками. Напоминаю завязку: четыре человека (Сайрус Смит пока что не нашёлся), из них один несовершеннолетний, выброшены на необитаемый остров в одних городских костюмах, из инструментов только очки и часы. Реальный строительный опыт, пожалуй, есть только у Пенкрофта. Все четверо мокрые, побитые об камни и не жрамши. Довольно странно упрекать их, что они тут же не начинают строить хижину, а ищут пещеру. К тому же первое время, не обеспечив регулярное питание, тратить силы на постройку хижины, если укрытие найдено, нерационально. Вообще говоря, когда герои Жюля Верна пообвыклись и набрались сил, речь о постройке дома у них зашла (если читать внимательно). Просто Сайрус Смит загорелся идеей Гранитного дворца, и строительные планы были отброшены.
В отношении "сухой и здоровой пещеры" замечу, что автор, видимо, не в курсе, насколько ниже санитарные требования к жилью были в позапрошлом веке. Дети в пансионах спали в неотапливаемых дортуарах и утром разбивали лёд в умывальниках, и считалось, что это полезно для воспитания. А Гранитный дворец всё-таки отапливался. Вряд ли там были более нездоровые условия, чем в среднестатистическом городском доме Парижа того времени.
Несмотря что остров необитаем, у них параноидальная мания безопасности. - Боюсь, критик просто невнимательно читает роман. Потому что фокусы, которые выкидывает капитан Немо, с самого начала наводят героев на мысль, что на острове есть кто-то ещё. Поскольку "фокусник" упорно прячется и не показывается на глаза, они делают простительный вывод, что человек этот нехороший и неизвестно, чего от него ожидать. Кто ж знал, что Немо окажется настолько нетипичным случаем!
Не имея ружей и возможности их сделать, приучились ловко стрелять из лука. Как только ружья появились (капитан Немо), луки забросили. Ружье лучше стрелы, ручной труд должен быть заменен машиной невзирая на реальные трудозатраты. - И снова невнимательное чтение романа. Потому что целый пассаж там посвящён обзору значения лука в истории человечества: там Пенкрофт презрительно фыркает, что, мол, лук - это же детская игрушка, в ответ на что его снисходительно просвещают. Так что об эффективности лука Жюль Верн очень даже осведомлён. Но если Немо подбросил ружья и боеприпасы, нет резона продолжать использовать луки. Именно по причине трудозатрат: стрелы необходимо делать, и их нельзя взять с собой много. Улетела стрела куда-то в ветки - и всё. (И правда, с чего это человечество на ружья перешло, если луки не хуже?).

2) Вообще говоря, Жюль Верн пишет не выживанческую историю. Робинзонады - не пособие по выживанию на острове, а модель мира, отражающая идейную программу автора. Герои ТО не одеваются в звериные шкуры потому, что в представлениях того времени это атрибут дикаря. Жюль Верн сознательно пишет историю о торжестве технологии (полемизируя с Дефо, у которого было немного о другом). Упрекать Жюля Верна, почему он написал именно об этом, странно - потому что он и хотел об этом написать. Потому же, почему "Моби Дик" не любовная история, а "Ромео и Джульетта" не история из жизни Древнего Рима.

3) Кажется, критика безумно раздражает то, что Жюль Верн - не хипстер-вегетарианец 21-го века, обнимающийся с пандами, что природа для него не храм, а мастерская, и человек в ней работник. Это как упрекать Гомера за то, что он не пацифист и не противник рабовладения. Нравится нам это или не нравится, системы ценностей меняются. Нам сейчас легко пинать наших предков за недальновидность в отношении природы, но этой недальновидности тысячи лет, а экологической озабоченности всего несколько десятков лет (в массовом масштабе), и она часто диктуется скорее эмоциями, чем знаниями о природе. Во времена Жюля Верна природа ещё во многом представляла реальную опасность для человека. Современное природоняшество стало возможным не в последнюю очередь благодаря развитию авиации, то есть технологии быстрых, безопасных и общедоступных путешествий. То, что самолёты иногда падают, мелочи в сравнении с необходимостью пересекать океан на маленьком пароходике или тем более паруснике. После нескольких месяцев плавания на паруснике и питания протухшими продуктами вам точно не до обнимашек с пандами - вы будете думать, как эту панду поймать и съесть.
К счастью, мы живём в другом мире. Но этот мир стал возможным благодаря нескольким поколениям таких вот сайрусов смитов. Которые изобрели самолёты, чтобы доставлять в джунгли восторженных белых туристов любоваться зверюшками, и фототехнику, чтобы эти туристы могли фоткать зверюшек, а не стрелять в них. И Интернет, чтобы природоняшки могли постить там свои возмущённые эссе про "противоестественные предрассудки", "высокомерную самоуверенность" и "тараканов в голове" людей прошлого. Лично я бы остереглась от таких суждений - как знать, какие наши идеи и ценности через сто лет потомкам покажутся высокомерной самоуверенностью и противоестественными предрассудками? А исторической памяти не мешало бы быть чуточку длиннее.

уточнение

И почему это все комментаторы поста про саспенс и мобильники решили, что речь идёт о ПРИКЛЮЧЕНЧЕСКИХ романах? Ну да, можно, конечно, отправить героя в Марианскую впадину или в середину сибирской тайги. Или придумать бурю, которая повалила все сотовые вышки в радиусе ста километров. Можно ввести в роман мафию, которая похитила героя и отобрала у него мобильник. Но если мы пишем реалистический роман из семейного быта врачей или продавцов?
Проблема в том, что в течение тысячелетий безвестное отсутствие героя было УНИВЕРСАЛЬНЫМ источником саспенса для всех жанров. Хоть для путешествия по джунглям с тиграми, хоть для камерной урбанистической любовной истории. Ни одна из причин, по которым современный герой не может связаться с близкими по мобильнику, такой универсальностью не обладает. И не годится для объяснения сколько-нибудь ДЛИТЕЛЬНОГО отсутствия героя.
- Сел аккумулятор? Забыл дома зарядник? Купи, ёлки, на ближайшем радиорынке (ещё раз, мы не собираемся сбрасывать героя на парашюте в тайгу или похищать мафией единственно с целью объяснить, почему с ним нет связи).
- Украли, потерял, сломал и пр. Опять же, это состояние обычно не длится долго. В наше время новый телефон можно быстро купить за 15 долларов, тем более если экстренно необходима связь. Да можно просто попросить кого-то позвонить! Мне так случалось делать, когда у меня садился заряд или кончались деньги.
- Сам не берёт трубку. Годится только в том случае, если герой по сюжету должен ото всех прятаться. А если нет?
Вариант с деревней Гадюкино в медвежьем углу также не универсален и может устареть уже через несколько лет. 15 лет назад сотовая связь прерывалась на трассе между городами, а сейчас я спокойно звоню по мобильнику из тверских лесов, склонившись над подосиновиком.
Таким образом, универсально пригодного способа, как надолго удалить героя со сцены и держать остальных в неведении о его судьбе, больше не существует.

лохматый вопрос

В Рунете периодически вспыхивают дискуссии, почему человек утратил шерсть (последний раз - в посте досточтимой egovoru). Если резюмировать, то:
1) теория "водной обезьяны" самая красивая, но увы, вступает в жуткий клэш со всеми имеющимися палеонтологическими данными. Ну не жили австралопитеки в воде!
2) все "функциональные" объяснения типа терморегуляции или борьбы с паразитами наталкиваются на то, что абсолютному большинству животных мех в этом деле не мешает. Павианы бегают по открытой саванне и страдают от паразитов, но с мехом у них всё в порядке.
3) все более или менее соглашаются насчёт роли полового отбора, но затрудняются с пояснением, почему обезьяны вдруг стали предпочитать партнёров без шерсти и какие преимущества это давало (возврат к п. 2).
Я тут подумала: обсуждая вопрос полового отбора, все имплицитно по умолчанию предполагают, что древние гоминиды руководствовались ВИЗУАЛЬНЫМИ стимулами. А если - тактильными?
Согласитесь, что голая кожа эффективнее для тактильной коммуникации.
Напомним, у обезьян нет вибрисс, нет, как правило, мускусных желёз и очень сильно атрофировано обоняние по сравнению с другими млекопитающими. Поэтому они тратят огромное количество времени на груминг (который по мере роста мозга и усложнения социального поведения становится всё более и более расточительным). Мало того, что он отнимает много времени (а если еды становится мало и её надо долго искать?), так ещё и сожрать вас кто-нибудь может. Австралопитеки по саванне не на джипах ездили, а львов с гиенами тогда было больше, и были они куда крупнее.
Поскольку утрата шерсти определённо делает тактильное общение более экономичным, такое изменение даёт явное преимущество. (Оговорка: вопрос, можно ли объяснить таким образом происхождение речи, как по ссылке, я не рассматриваю).
Что касается распределения сохранившихся остатков волосяного покрова, оно вполне функционально с точки зрения распознавания половозрастных категорий (как, например, грива у льва или серебристая спина у горилл).

"Книга Джунглей" (новый мульт)

Сходила на днях, посмотрела. Впечатления сложные.
Дизайн, вне сомнения, удачен. Графика красивая, спецэффекты в большинстве своём не выходят за грань хорошего вкуса и нормальной человеческой скорости восприятия. Маугли обаятельный, живой. Неплохие звери - радует, что диснеевская студия отошла от традиционной плюшевости и изобразила зверей эпически огромными и страшными (впрочем, с удавом и орангутаном по части эпической огромности перебор - здесь уже художники скатились в клюкву). В целом стилистика удалась - она гораздо ближе исходнику Киплинга, чем в старой диснеевской версии.
Что хорошо, почти исчезли пение и танцы. В мультфильме всего два музыкальных номера, лично я бы оставила только один (песню Балу), а песню орангутанга тоже выкинула бы на фиг - вкладывать легковесные фокстроты в уста злодеев надо умеючи (вот Уэбберу с песенкой Ирода это удалось, но то ведь Уэббер!).
Однако, стремясь отойти от старого диснеевского мультика, создатели мультфильма основательно перелопатили сценарий - вплоть до полной невразумительности. Так, Каа становится персонажем а) женским; б) отрицательным; в) эпизодическим. В чём смысл этих трансформаций, кроме "а давайте мы придумаем вот так", непонятно. Не говоря о том, что без участия Каа вся сцена сражения с обезьянами теряет художественный смысл и превращается в стопиццотую махалку с Кинг-Конгом. Можно сделать внятную историю, можно - красивое бессюжетное повествование о том, как Маугли идёт по джунглям и встречает разных зверей. Но в нынешней версии - ни то ни сё. История как бы есть, но бессвязная и расползающаяся на части. Единственная удачная сценарная находка - ненавязчивое объяснение, откуда у Маугли в лесу взялась набедренная повязка (во флэшбэке на двухлетнем герое дхоти завязаны в виде шальвар, к десяти годам как раз хватает на трусики).
Попытки создать интригу крайне неудачны. Так, начало фильма призвано создать эффект обманутого ожидания: ребёнок, удирающий от страшных хищников, сцена снята в стилистике хоррора (разумеется, это Маугли просто играет в догонялки). Что же, предполагается аудитория, которая совсем-совсем ничего не слышала о Маугли? Я понимаю, конечно, что в наше время бывают дети, которые и про Золушку не слышали, но зачем задавать такие параметры по умолчанию?
Но больше всего тревожит вот что. В экранных адаптациях "Маугли" всё больше и больше редуцируется мир людей. И старая диснеевская версия, и советский мультфильм, однако, всё же сохраняли главную мысль Киплинга - место Маугли среди людей. Звери замечательные, у них есть чему поучиться, но в конце концов Маугли должен вернуться к людям. Оба старых мультика, наш и диснеевский, кончаются тем, что Маугли видит девочку и понимает необходимость вернуться - хотя бы ради обретения партнёрши. (Так было и у Киплинга - новелла "Весенний бег" повествует о пробуждении сексуальности).
В новом мультфильме люди отсутствуют вовсе (только во флэшбэке мелькает отец Маугли, по-видимому, уже покойный). Вопрос о возвращении Маугли к людям ставится, но до людей он так и не добредёт. Более того, у Киплинга Маугли осознаёт свою человеческую природу, победив Шер-Хана с помощью огня, принесённого из деревни. В мультфильме же прометеевский жест Маугли оказывается бесполезным - пытаясь напугать Шер-Хана огнём, Маугли случайно поджигает джунгли, устраивает катастрофу, отвращает от себя всех животных и вынужден добровольно бросить факел в воду, чтобы вернуть себе их симпатии. Пожар потом тушат слоны. А Маугли идиллически воссоединяется с волчьей стаей и остаётся в джунглях.
Понимаете, я всецело за бережное отношение к природе и за любовь к животным. Но это та фаза, на которой, по-моему, природолюбие переходит в некое извращение. Любую самую добрую идею можно обратить в извращение. Ведь в чём суть книги Киплинга? Он написал историю взросления, становления личности. Как ни хорош райский мир зверей, нетронутый корыстолюбием и человеческими страстями, он годится только для детства. Взрослому Маугли там делать уже нечего, он его перерос. А новый мультик никакого взросления не предполагает. Выносится за скобки тот вопрос, что когда-нибудь у Маугли начнут расти усы, и ему понадобится трахаться (не с волчицами же!).
Киплинг написал идеальную историю человеческого развития. Идеал современных мультипликаторов, похоже, отказ от всякого развития, вечный десятилетний мальчик, вечно бегающий в джунглях с волками.

ЗЫ: и совсем уж неудобно вспоминать, что киплинговский Маугли кончил тем, что обратился в ислам, ха-ха.