March 26th, 2014

"Трудно быть богом". Часть 2.

Думаю, стоит прислушаться к самим Стругацким, которые изначально хотели, чтобы фильм по этому роману снимал Герман. Автор "Проверки на дорогах", а не каких-нибудь "Отроков во вселенной", не говоря уже о расплодившихся позднее мушкетёрах и гардемаринах. (Прошу понять меня правильно - "Отроки во вселенной" отличное кино в жанре подростковой фантастики, но Стругацкие - иной жанр).
Конечно, это не экранизация. Но и не ещё одна "вариация на тему" под навязшим в зубах слоганом "не буква, а дух" (на практике, чем громче режиссёры вопят о духе книги, тем меньше он им удаётся). Герман открыл какой-то совсем новый тип отношений фильма и литературного текста - он создал комментарий к тексту Стругацких. Комментарий, вскрывающий и подсвечивающий тот пласт романа, на который не хотят обращать внимания, упорно закрывая глаза - тот тяжёлый, трагический, мизантропический гуманизм Стругацких, который впервые намечается в "Попытке к бегству" и проявится в полную силу в "Отягощённых злом" (романе, который предпочитают игнорировать, как будто Стругацкие его вообще не писали). По большому счёту, реакции критиков на фильм показывают, что "Трудно быть богом" - до сих пор самый непрочитанный русский роман XX века.
На мой взгляд, для Германа центральная фраза в романе - Если бог берется чистить нужник, пусть не думает, что у него будут чистые пальцы. Этот космических масштабов нужник (и лопата для его чистки) - сквозной мотив фильма.Collapse )
Видимо, этим и объясняется обида критиков на фильм Германа. Герман безжалостно отнимает у них приятный и удобный миф о Стругацких, тыкая носом в неудобное и неприятное. В то, что миры Стругацких, созданные начиная с 1962 г., страшны. Что "Трудно быть богом" стоит где-то рядом с "Архипелагом Гулагом", а не с "Хрониками Нарнии". Что Стругацкие не пишут очередную сказочку про Борьбу Бобра со Злом, после которой можно пойти пить кофе, а дают читателю по физиономии, заставляя расстаться с комфортом и задуматься, пересмотреть свои привычные стереотипы мышления. Что Стругацкие - не столько фантасты, сколько единственные настоящие экзистенциалисты в русской литературе.
А кому же нравится, когда отбирают миф?