?

Log in

No account? Create an account

ПРИВЕТСТВИЕ

Привет всем, я - Стебля Каменская!
Данный журнал создан для всех, кто занимается историко-филологическими науками, в особенности исторической антропологией и историей литературы. Лингвисты также приветствуются. Задача - бескорыстный обмен научной информацией и мнениями.
С августа 2017 г. в журнале отключена опция анонимного комментирования, поскольку её преимущества исчерпаны.
ПРАВИЛА МОДЕРИРОВАНИЯCollapse )
Немного обо мне.
По специальности шекспировед-расстрига: начинала с Шекспира, потом перевела две главы из Вильяма Лэнгленда, ну, а кончилось всё англосаксами (и до сих пор тянется).
Место работы - Институт филологии и истории РГГУ (update: с февраля 2006 по июнь 2015, пока нас не начали сокращать).
Научные интересы - западноевропейская культура от Средневековья по начало XVII в.; Древняя Русь; история ментальностей; культурные коды телесности.

Избранные публикации:

"Видение о Петре Пахаре" В. Лэнгленда. Гл. 1-2: Перевод, вступ. ст. и комментарии //Кентавр. Вып. 3. М.: РГГУ, 2006. С. 286-304. [pdf]

"Багира сказала...": Гендер сказочных и мифологических персонажей англоязычной литературы в русских переводах

Телесность и метафора плоти в "Венецианском купце" [pdf]
Read more...Collapse )

Мои книги (художественные) на ЛитРесе
Даже несмотря на то, что камрад roman_shmarakov забанил меня в Фейсбуке (за разногласия во взглядах на Дарью Донцову, надо полагать), сообщаю, что я по-прежнему его ценю, уважаю и только что прочла его новую книгу "Автопортрет с устрицей в кармане". О которой у меня впечатления самые положительные.
Шмаракову наконец-то удалось написать полноценный роман (его предыдущие опыты наподобие "Каллиопы" и "Книги скворцов", всё-таки, на мой взгляд, проходят по ведомству экспериментальной прозы, которая на любителя - хотя у них есть свой круг поклонников). Причём роман получился безупречным по форме, классически выверенным - и в части сюжета, и композиции, и законенного авторского высказывания. Всё это тем более изумительно, что роман выстроен по законам... пьесы.
Шмараков на самом деле проделал фантастическую вещь: взял сюжетный канон английского детектива а-ля Агата Кристи и наложил его на театральную пьесу. Всё действие происходит в одной комнате, персонажи входят и выходят через двери, о событиях вне комнаты мы узнаём из реплик. Пять глав соответствуют пяти драматургическим актам. Есть и интермедии - в них участвуют нарисованные персонажи картины. В принципе, для англичан театрализация детектива была исторически привычным делом - романы той же Кристи неоднократно адаптировались для театральных постановок. Но для русскоязычной аудитории это, конечно, неожиданно, тем более что драматургическим источником "Автопортрета" стали вовсе не английские детективные драмы. Драма, к которой отсылает текст Шмаракова - это пьесы Эжена Ионеско, и в первую очередь, разумеется, "Лысая певица". Несомненно по образцу "Лысой певицы" выстроен открывающий повествование диалог двух дам, в который время от времени вклинивается попугай. Ну а чтобы все совсем уж догадались, в одной из глав будет прямая отсылка к Ионеско, правда, к другой пьесе, не менее известной...
Поклонникам детективов сразу сообщаю, что надувательство им не грозит: несмотря на все прихотливые повороты и отступления в духе Стерна, в романе будет проведено настоящее расследование, улики увязаны воедино и преступник найден. Однако за развязкой следует ещё постскриптум - неожиданно грустный финальный диалог нарисованных пастушки и волка, в котором рассказ о мистификации в живописи оборачивается пронзительным высказыванием о бренности бытия и о том, что всё равно всё заканчивается смертью...
Прочесть текст целиком можно в ЖЖ у Романа Шмаракова (см. вверху).


Билеты были куплены ещё в мае, их продавали заранее, кто ж знал, что будет такая жара? Но всё же мы доползли до Третьяковки. Атмосфера внутри оказалась вполне годной, неплохо вентилируемой. А выставка - огромной.
Я была слабо знакома с творчеством Мунка, поэтому выставка для меня имела познавательную ценность. Первое впечатление: Мунк очень разный. И более того, у него не выделяются какие-то хронологические периоды, как, скажем, у Пикассо. По стилю конкретной картины практически невозможно угадать дату.
Довольно много дежурного импрессионизма, каким тогда баловались все подряд, особенно среди пейзажей (Мунк-пейзажист - не самая известная его ипостась). Но некоторые пейзажи удивительны - уникальное, только Мунку присущее безупречное чувство формы:



Из пейзажей, однако, больше всего ошеломляет "Солнце" - но я не буду его тут постить, не уверена, что хоть одна репродукция даст нужный эффект. Зрительная иллюзия настолько полная, что я со своей светобоязнью не могла долго смотреть на картину! Интересно было бы провести опыт с этой картиной и замерить сужение зрачков у зрителей.
И да, оригинального "Крика" на выставке нет - есть только рисунок цветными мелками и гравюра. Но это и к лучшему. "Крик" был опошлен тиражированием, превратившись чуть ли не в аналог тропининской "Кружевницы". Вряд ли Мунк этого хотел. Пусть публика знает, что он вообще-то много чего другого написал и помимо "Крика".
ЗЫ: насколько я могу судить, Мунк не делал предварительных карандашных рисунков - писал сразу красками. Это нереально круто (я в юности наловчилась и могла написать без рисунка натюрморт акварелью, но не более того, сделать самостоятельную композицию маслом - это требует фантастического уровня мастерства и таланта).

писательское

Хочешь здорового сна - не читай отзывы на себя читателей.
Из отзыва на "Страшную Эдду": Есть особые люди, владеющие древним южноскандинавским, западным древнескандинавским, а может даже восточным древнескандинавским языками, и несущие косной читающей массе свет просвещения. Мария Елифёрова из этой замечательной когорты. пруф
Хм, если мне пытались польстить, то неудачно, ибо я никакой не знаток языков, из упомянутого списка только на западном древнескандинавском (он же Old Norse) читаю со словарём, а на момент написания "Страшной Эдды" даже этого не могла - едва начинала среднеанглийский осваивать. Тот же автор упрекает меня за элитаризм - дескать, для понимания моей книги необходимо знакомство с первоисточником, а "претендовать на доскональное знакомство со старшей Эддой мало кто, не являющийся узким специалистом, может".
Мне бы и в голову не пришло требовать от своих читателей знания "Старшей Эдды". Миллионы читателей получают удовольствие от "Янки при дворе короля Артура", не заглядывая в "Смерть Артура" Томаса Мэлори и тем более в "Королевские идиллии" Теннисона. Мне казалось, что "Страшная Эдда" адресована людям, у которых есть некоторая базовая начитанность в художественной литературе и которые знают, что после 1900 г. в мире были не только Хэмингуэй и Толкиен. И тем более моей целью не была "популяризация скандинавского фольклора". Повесть вообще не про это. Как "Мастер и Маргарита" - не про популяризацию Библии.
Ну, если уж речь зашла о знании первоисточников, то, ха-ха, рецензент спалился, выдав: в версии похождений Сигурда, предлагаемой "Страшной Эддой" на самом деле многое перепутано и много отступлений от канонического сюжета - потому что ничего у меня не перепутано, а совмещены 4 версии сюжета - из собственно "Эдды", "Саги о Вёльсунгах", "Песни о нибелунгах" и "Саги о Тидреке Бернском". Но рядовому читателю об этом знать совершенно не обязательно, в материал я закопалась так глубоко исключительно ради собственных целей.

Другая читательница о "Странной любви доктора Арнесона": Крайне невнятный сюжет, эротические сцены навевают воспоминания о фанфиках на фикбуке - ? Мне казалось, что в этой повести как раз сюжет предельно внятный: детективное расследование исчезновения девушки. Которое, между прочим, успешно завершается, только разгадка находится не там, где её искали. Тем более я не читала ни одного эротического фанфика на фикбуке, я даже не знаю, что это. Эротические сцены в повести были задуманы как пародийные! Нужно быть полным идиотом, чтобы всерьёз выписывать эротические сцены в жанре ретродетектива, где действие происходит в Англии 1920-х гг. Неужели я даю повод о себе так думать? И неужели кто-то может всерьёз относиться к сцене, например, где с полицейским инспектором невесть что вытворяют при помощи антикварного пистолета?

Однако, надеюсь, нормальные читатели ещё не вымерли. И к тому же я надеюсь наконец дописать новую книгу - из современной жизни, чтобы претензии, будто я пишу для узких специалистов, отвалились. (Кстати, почему это все думают, будто роман из современной жизни не требует каких-то познаний о мире и литературе?).

Все мои предыдущие книги

Из истории яблок

Неутешительные новости: отредактированная мною книжка "Удивительные растения" (это где был перл про пробковый дуб) всё никак не выйдет, обещают в июле. А пока - новости из истории яблок:
https://polit.ru/article/2019/06/01/ps_apple/
Как выяснилось, Алма-Ата своё название оправдывает. Родина культурной яблони действительно там.

ахтунг! фитожулики!

Тут на несколько дней понадобилось воздержаться от кофе и крепкого чая, и я вспомнила про травяной чай, купленный родителями в Железноводске или где-то поблизости его в позапрошлом году. Разумеется, срок годности уже на пределе, но ведь я не лечиться собиралась, а просто заменить обычный чай чем-то приятным.
Итак:

DSCF6379[1]

Что написано? "Донник, шалфей, чабрей, душица, зверобой, ромашка". Вполне симпатичные компоненты.

Что оказалось внутри при попытке его заварить? Вот образцы.

DSCF6381[1]

Слева направо и сверху вниз:

1. Лепестки розы. Нормальный компонент для чая, но в составе не обозначен.
2. Тысячелистник. То же, в общем.
3. Тимофеевка. Безвредный злак, но в чай его обычно не кладут.
4. Какие-то ноги. Четырёхгранные, явно из семейства губоцветных. Возможно, даже шалфей, обещанный на этикетке. Однако в любом случае сырьё низкого качества.
5. А вот это уже серьёзнее. Этого в чаю точно быть не должно! Надеюсь, не олеандр, но очень похоже.
6. Смородиновые листья. Продукт скорее полезный, чем вредный, но что он делает в чаю из душицы и чабреца?

Т.е. неизвестная Люда (впрочем, потрудившаяся указать свой мобильный телефон) попросту под видом травяного чая расфасовала обычный садовый мусор. В надежде, что городские лохи, покупающие товар на бегу, не разберутся.
Лаяться по мобильнику с Людой за чай, купленный два года назад и не мной, я не стану. А вот распространить инфу необходимо.

приватное vs. публичное



По случаю приближения лета и купального сезона вспомнилась зимняя дискуссия в фейсбуке у литературного критика Елена Иваницкой, которая вспоминала про своего пожилого знакомого: тот на пляже не раздевался, а сидел в купальном халате, полагая, что окружающим неприятно смотреть на старое тело. Елене сама постановка вопроса показалась аморальной: "Это какой же сволочи неприятно смотреть?". Хотя, вполне возможно, что как раз автору инициативы было неприятно, и он полагал, что другим тоже. И считал, что поступает нравственно, избавляя других от этого зрелища...
Так вот, на фоне всеобщего увлечения боди-позитивом остаётся непрояснённым вопрос: для чего, как предполагается, человек ходит на пляж? Для того, чтобы купаться, или для того, чтобы на него смотрели? Купальный костюм - это просто специальная одежда для купания или какой-то мессидж окружающим? Что такое стыдливость? Раздетый человек на пляже принадлежит сфере приватного или публичного?
Ещё столетие назад эти вопросы в принципе не стояли. Тело (речь идёт, конечно, о европейской культуре, а не об индейцах Амазонии) было принято прятать. Для купания было две опции - либо купаться голышом, но приватно (в одиночку или в компании близких друзей), либо купаться публично, но в одежде, достаточно закрывающей тело. Бедные купались в нижнем белье:

живя девушкой в бедности, она привыкла к простоте и свободе: пробежать бы с ведрами на реку да покупаться бы в рубашке под пристанью (Лесков, "Леди Макбет Мценского уезда").

Богатые - в купальных костюмах, которые выглядели примерно так, как картинка наверху. И даже мужчины до 1930-х гг. торс полностью закрывали:



"Борьба за оголение тела" (именно это словосочетание использует К. Чуковский в дневниках) начиналась повсеместно с риторики возврата к античности и рассуждений о красоте человеческого тела. Мол, древние греки не стыдились, и нам зачем же? Т.е. аргументы были именно эстетические. Куда именно деваться тем, у кого тело не отвечает античным идеалам, осмелились внятно проговорить только в нацистской Германии. Ответ остальному цивилизованному сообществу не понравился, и его предпочли замять.
Но сам вопрос от этого никуда не делся, потому что сама эстетическая риторика завела в этот тупик. Современный нудизм, в принципе, и есть одна из попыток выйти из этого тупика, жёстко обозначить рамки: люди ходят на пляж просто купаться, а не глазеть друг на друга, раздевание не значит вообще ничего, оно асемантично. Проблема в том, что этот выход годится только для тех, кто способен принять правила данного сообщества. Если человек всё же стесняется снимать с себя всё, он неминуемо оказывается в семиотической ловушке. Потому что любой минимум одежды - это всё равно семиотическое послание. Так уж устроены наши отношения с одеждой, которые складывались тысячелетиями. Даже одинаковая школьная или военная форма - это всё равно сообщение о чём-то для внешнего наблюдателя. А купальные костюмы ещё и не у всех одинаковы. И если тётенька 50 лет и 50-го размера надевает стринги, то, сколько бы ни говорили про боди-позитив и лукизм, этот поведенческий акт не может быть нейтральным - он априори будет восприниматься как жест. Потому что устройство человеческого мышления последние несколько тысяч лет таково, что одежда воспринимается как послание, как высказывание, адресованное окружающим. И в этом смысле одежда не может быть сугубо приватной.
Интереснее, однако, аберрация восприятия, возникшая на почве увлечения античной эстетикой: получается, что красивое тело в некотором роде принадлежит общественности, а вот некрасивое - сугубо приватное. Т.е. старый или толстый человек на пляже как бы навязывает свою приватность нежелательным образом. Получается, что красивое тело более публично, чем некрасивое. И это на самом деле больше напрягает, чем "фуу, толстый". То, что в обществе нет чётко прописанных границ публичного и приватного и что эти границы каждый раз навязываются друг другу извне посторонними случайными людьми.
Трудно решить, с какой стороны взяться писать отзыв об этой книге, поскольку ещё до выхода она оказалась овеяна ореолом непреднамеренной скандальности. Какой-то тролль распустил слух, будто Арбитман получил миллион рублей от Навального за то, что его (Навального) фотография будет размещена на обложке книги. На это вполне серьёзно повёлся (или захотел повестись) небезызвестный автор "Ночных дозоров". Абсурдность заключается в том, что ничего даже отдалённо похожего на фотографию Навального на обложке книги нет и не планировалось. На обложке изображены ворон и гипсовый бюст Сталина. Платёжеспособность обоих закономерно вызывает вопросы.
(Правда в этой истории только то, что в романе имеется далеко не главный персонаж по имени Андрей Наждачный, имеющий некоторое сходство с Навальным).
Итак, действие романа происходит в альтернативной Москве альтернативного XXI века, в которой не изобретены кинематограф, фотография и телефон, а бензиновые двигатели появились, похоже, на сто лет позже, чем в реальной истории. Люди общаются в основном с помощью почты - голубиной и пневматической. Как ни странно (эту меру условности приходится проглотить, чтобы оказался на авторском крючке), не изобретены даже грампластинки. В качестве носителей аудиозаписи выступают птицы. Импортные носители - попугаи, отечественные - соответственно - вороны. За одним из воронов, способным прокаркать чрезвычайно важные сведения, как раз и разворачивается охота. И тут, собственно, и начинается сюжет.
Обладателем ворона случайно становится Кеша, бестолковый сотрудник из службы защиты авторского права, который всего-то и хотел прищучить нелегальных распространителей аудиопродукции. С копирайтом в альтернативном мире так же строго, как и в реальном. (Более того, там, как и у нас, родился Киркоров, и в его репертуаре появилась "Зайка моя"). Кеша довольно быстро попадает в неприятности, и ещё в самом начале приключений к нему приходит на помощь таинственный седовласый незнакомец в чёрном плаще, владеющий поразительной способностью молниеносно передвигаться. Нет, не угадали, это не Геральт из Ривии (что было бы реалистическим вариантом), а столетний советский разведчик, переживший войну и лагеря (что добавляет гротеска и без того гротескной истории). Что дальше? Дальше - держаться за стулья и беречь животы, потому что скрещение нашей узнаваемой реальности с комиксовым стимпанком даёт гомерические результаты. Лично я сползла под стул на фразе "Не дед я тебе, гнида чёрно-жёлтая" (поясню: чёрно-жёлтая потому, что герой обращается к сотруднику салона пневматической связи, название которого чуть-чуть, правда, отличается от названия компании, известной в нашей действительности...).
Поскольку все сейчас шарахаются от спойлеров, как чёрт от ладана, не буду рассказывать, что это за ворон и что будет с ним дальше (хотя эпилог романа не стал неожиданностью для преподавателя английской литературы). Скажу только, что в мире "Корвуса Коракса" история в общем прошла тем же путём, что и в реальности - там были революция 1917 г., Сталин, мировые войны и т.д. В этом заключается основная идея книги, и если кто категорически считает эту идею неправдоподобной, можно просто не читать. Или принять как условность, как наличие эльфов в фэнтези. (Некоторые всерьёз задавались вопросом, возможна ли тоталитарная диктатура без телевидения или хотя бы радио. Замечу на это, что Замятин нарисовал убедительный образ такой диктатуры в 1920 г., когда ни телевидения, ни массового радиовещания на широкую публику* ещё не было - их и нет в его мире).
Развязка, пожалуй, чрезмерна оптимистична для сатирического романа - её можно выразить словами Чуковского "волки от испуга скушали друг друга". Но желание хэппи-энда можно понять - желание заклясть, зачаровать бредовую действительность, чтобы хотя бы в романе она дала какую-то надежду. В принципе, именно затем и оказывается нужен столетний разведчик-супергерой - чтобы подчеркнуть неправдоподобие хэппи-энда, чтобы дать понять: всё это понарошку, сказка, плод отчаявшегося воображения.
Главный недостаток романа, пожалуй, тот, что в любом будущем - каким бы оно ни было - злободневные шутки и аллюзии, которыми роман брызжет через край, очень скоро станут непонятными. Или я всё же поторопилась насчёт этого предсказания? Не будем загадывать.

Приобрести "Корвус Коракс" можно здесь.

*Роман "Мы" писался с 1920 по 1921 г. Первая новостная радиопрограмма вышла в эфир в США 31 августа 1920 г. Первые регулярные радиопередачи в Старом Свете - в Великобритании с 1922 г. Потенциал использования радио для пропаганды был тогда явно ещё не осознан, даже Замятиным.

возобновление комиксов

Перезалила почти все старые выпуски, которые можно посмотреть по тегу. И для разнообразия из новенького:

Captain_Drowned9_35

Latest Month

June 2019
S M T W T F S
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      

Tags

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner